Ручка и подпись

Мы с женой подписывали какие-то бумаги. Мы передавали ручку друг другу, а наши подписи оставались нашими собственными. Не важно, подпишусь я синим или черным; это все равно будет моя подпись. Не важно, красным или зеленым, ручкой или карандашом, чернилами или пастелью, кистью или спреем; она остается моей подписью и только моей.

Если я дам вам мою ручку, окажется ли у вас моя подпись? Конечно же, нет.

Следовательно, если я дам вам мою камеру, будете ли вы снимать как я? Конечно же, нет.

Тогда почему все думают по-другому? По большей части, это производители камер заставляют верить в эту чушь. Если вы думаете, что LEICA будет создавать снимки как у Картье-Брессона, что Hasselblad или 4х5' будет создавать снимки как у Анселя Адамса, или что Nikon будет снимать как Galen Rowell, то вы, вероятно, купите эту камеру.

Производители камер не хотят, чтобы вы знали, что это вы создаете картину, а не камера. Картина так же уникальна, как и подпись ее создателя.

Камера не имеет отношения к тому, как выглядят ваши картины, равно как и ручка не имеет отношения к виду вашей подписи.

Камеры обычно делают одно и то же. Пока вы не используете фильтры, линзы прозрачны. Ручки бывают разных цветов: синие, черные, черно-синие, зеленые, пурпурные, фиолетовые, красные, серые, желтые, оранжевые и даже белые!

Если вы не предпочитаете игрушечную камеру, такую как Holga, которая не должна быть резкой, все камеры, используемые правильно, будут резкими. Сравните с ручками, некоторые из которых средней толщины, некоторые жирные, часть из них тонкие, а у других – сантиметровой толщины штрих.

Это ручки, а есть еще и карандаши. Есть маркеры. Есть пастель и не забудьте про кисти. У вас широкая кисть или круглая? Гуашь или акварель?

У ручек гораздо больший спектр возможных линий, которые они рисуют, чем существует видов изображений, получаемых различными камерами.

В отличие от вашего выбора камеры, выбор ручки имеет большой эффект на вид вашей подписи. Однако, вне зависимости от того, какой ручкой вы пользуетесь, ваша подпись будет очевидно вашей. Если бы Джон Хэнкок подписывался шариковой ручкой, его подпись выглядела бы иначе, но она была бы моментально узнаваема.

Помните, как я упомянул, что фотографирование на камеру 4х5' или на Hasselblad не приведет к результатам, похожим на работы Анселя Адамса, равно как и моя ручка не позволит вам скопировать мою подпись? Ансель использовал камеры большого формата, обычно 8х10' в то время, когда он создавал свои знаменитые работы, с 1930 по 1950-е, но, со временем, когда он стал старше и ленивее, он переключился на 2 ¼’ (Hasselblad) после 1950-х. Стали ли его картины другими? Конечно же, нет! Они все еще выглядели как работы Адамса, хотя камеры 2 ¼’ отличаются от форматных камер. Одна позволяет управлять подвижками, манипулировать наклоном линзы и перспективой, другая – нет. Одна снимает на листовую пленку, вторая – на рулонную, и так далее.

Две полностью разные камеры и все равно его картины остаются его собственными! Ух ты!

Все картины являются отражениями фотографа, который их создал. Хорошие фотографы – художники, у каждого из которых есть свой стиль. Хреновые фотографы являются хреновыми, поскольку у них нет своего стиля, и они тратят время на попытки скопировать работы других или просто снимают все подряд, не раздумывая и не ЖОПая. Покупка самой дорогой камеры в мире, тщательная установка ее на штатив, внимательное создание цветовых профилей и шестичасовая обработка изображения в фотошопе – лучший способ создать полностью бессмысленные снимки. Быть собой и демонстрировать свое видение – вот путь к созданию значительных картин.

Люди, которые волнуются о результатах, которые показала их камера на тестах, похожи на тех, которые до ужаса волнуются о том, как хорошо их ручка рисует линию. Конечно, все мы можем видеть, насколько четкой получается линия (резкость), насколько она темная (контраст), какого она цвета (цветовая точность), насколько прямой получается линия (отсутствие дисторсии) и так далее, но ничто из этого не имеет отношения к способности ручки ставить вашу подпись, как и к способности камеры делать отличные снимки.

Ваша ручка или камера либо работают, либо нет. Если в ручке есть чернила, а в камере есть пленка или карта памяти – у вас есть все необходимое.

Почему большая часть фотографий получаются скучными? В точности потому, что в них нет уникального стиля. Они все одинаковые.

Хорошая картина выкрикивает имя своего создателя. Когда вы видите птицу, снятую Франсом Лантингом, сразу становится очевидно, что это он снял ее. Вот почему National Geographic нанимает его для фотографирования птиц, а не кого-либо другого.

Как вам выработать стиль в фотографии, чтобы ваши картины кричали каждому зрителю ваше имя? Во-первых, у вас должен быть стиль. Вы не можете купить стиль (производители одежды в этом отношении еще хуже, чем производители камер). Стиль – не то, что вы можете купить. Стиль – это то, как вы выражаете себя и как вы видите мир.

Отличный способ не иметь стиля – снимать все с уровня глаз или с высоты штатива. Большинство снимков снято с этой высоты и сложно создать выделяющуюся фотографию таким способом.

Стиль не в том, чтобы просто быть особенным. Особенный – не значит уникальный. Посмотрите на всех людей с татуировками, пытающихся выглядеть особенными, они все одинаковы.

Попытки просто шокировать тоже не работают. Демонстрация жестких изображений, например, мертвецов, заставляет людей говорить «ох, блин», но не заставляет их запомнить ваше имя, пока вы не делаете это по-особенному.

Для того чтобы иметь уникальный стиль, вы должны видеть вещи не так, как другие. Вы не можете купить это в магазине.

Мы восхищаемся работами тех, кем восхищаемся, потому что они показывают нам, кто они есть. Никто не может быть таким, как они, и только вы можете быть собой. Никто не может быть так хорош в том, чтобы быть как вы, как вы сами. Покажите нам.

Вы должна наслаждаться собственным видением. Никогда не пытайтесь скопировать или имитировать чью-то работу; от этого вам только станет хуже. Игнорируйте то, что говорит вам, как надо видеть мир; это приведет только к тому, что вы будете делать все так же, как остальные.

Так что же уникально ваше? Какова ваша подпись? Это то, как и почему вы видите мир.

Когда люди начинают заниматься фотографией, они пытаются выучить «правила» и техники. Это лишь костыли или детские колеса на велосипеде, помогающие вам начать снимать в первый же день. Они могут быть полезными в первый месяц или два после старта, но в целом эти технические концепции, такие как «правильная экспозиция», являются лишь направляющими, лежащими в начале длинного пути выражения вашего уникального видения мира.

Слишком много людей тратят десятилетия на изучения все большего количества правил и техник, путая эти легко изучаемые «правила» и очевидные технические факты с самой фотографией. Фотография – выражение вашего воображения, а не копирование реальности. Единственное, для чего существует необходимость в базовой технической компетенции – способность продемонстрировать свое видение, но в остальном, техника – и, в особенности, бренд вашей камеры – не имеют значения. Фототехника похожа на язык; это лишь способ передачи информации, но не само сообщение.

Есть правило третей, но это не правило. Использование костылей, подобных этому, лишь гарантирует, что ваша работа останется незамеченной. Правило третей – лишь инструмент первых дней обучения, предназначенный для помощи студентам в балансировании изображения в первые дни; это не настоящее правило.

Вы должны знать, как настраивать компенсацию экспозиции и баланс белого. Зная это, вы владеете всеми необходимыми инструментами для того, чтобы показать миру вещи такими, какими их видите вы. Лучший способ создавать худшие снимки заключается в том, чтобы волноваться о покупке новой камеры или объектива, или волноваться о правилах, техниках или программах.

Все, что вам нужно – изучить основные настройки любой камеры, которая у вас есть, снимать и показывать мир таким, каким вы, и только вы, его видите.

Никто не может видеть вашими глазами. Видение – не командный спорт. Вы должны видеть самостоятельно и показывать нам себя в своих картинах.